EGO SUM QUI SUM

СПАСИБО, ЛЕНТА ЗАКОНЧИЛАСЬ. ВПЕРДЬ ОБЕЩАЮ НЕ ДОПУСКАТЬ ПРОСТОЕВ, ГОТОВ ТАКЖЕ ВЗЯТЬ НА СЕБЯ И НЕСТИ.

С УВАЖЕНИЕМ,
БЛОГИР

На всех площадках сейчас идет переодевание: элегантным движением руки вчерашние специалисты по Африке превращаются в читателей по губам.

Хорошо, в читателей по трамповым губам, а сегодня эта дудка имеет всемирно-историческое значение, поэтому не будем глумиться — дело нужное.

В свое время были советологи, предсказавшие, как известно, менее чем нихуя, а теперь вот — эти. Трамп правда очень скоро издохнет, но эксперты наверняка найдут себе новые губы.

Ладно, я это к чему? Я это к тому, что набраны уже мегабайты текста про «уничтожит все население» и предполагаемый ядерный удар Путина. Мол, Трамп через короля Великобритании, которая в ЕС не входит, предупреждает европейцев.

Ну, вы поняли. Или не поняли?

Трамп — предупреждает. Человек, уже почти победивший Иран. Стратег, указавший на знаменитую фермерскую ошибку Киевской операции. Спаситель Гренландии от русско-китайского флота. Предупреждает.

Не «набивает себе цену», в заезженной уже до возгорания манере, а «предупреждает». Эй, специалисты по губам, а «только я могу остановить Владимира» вы не считали? Наверняка же было.

Ладно, давайте серьезнее: проблема, если так можно выразиться, Дональда Фредовича состоит в том*, что лишив Киев американской поддержки, он в значительной степени утратил рычаги влияния на один из ключевых конфликтов этого столетия.

А развала Украины или паники в ЕС — не случилось. Вот и вышло, что он буквально, как тот король-солнце — ждал победы осман под Веной, чтоб потом прийти к немцам на помощь, а те без него справились. Обидно!

То есть, на данном отрезке времени Украина выглядит лучше, чем США с их бодрой СВО в Иране. Что делать? Правильно — спасать Европу и неблагодарного Зеленского от ядерной войны. Буквально отрываясь от иранского триумфа — все ради мира! 

Ага.

…

Прим.

*А еще он говна кусок, мразь ебаная (оценка моралиста).

Вы знаете, наверное, что в России уже началось долгожданное наступление на читателей. Изымаются из продаж книжки (иногда — вместе с авторами), цензура вымарывает тексты целыми страницами, а расслабленных, жирных издателей берут под белы руки и тащат Куда Надо, где они подписывают Что Нужно. В общем, помочь российскому книгопечатанию может только Боня, но она, увы, книжек не читает, хотя, быть может, еще будет их писать.

Между тем есть способ перекрыть читателям кислород куда вернее и много приличнее. С черными проплешинами в текстах все же как-то неловко, а сжигать книги надежнее всего вместе с людьми, которые их читают. От таких практик могут пойти кривотолки, и какие-нибудь россияне начнут задумываться: а в свободном ли обществе, где человеческое достоинство защищено законом, они живут?

Надо пойти другим путем и поступать, как издательство «Центрполиграф», а именно: нанять редакторов с крепкими, мозолистыми задницами и заставить их срать буквами. Как читатель с огромным опытом уверенно скажу, что это лучший способ сделать так, чтобы книга была куплена, но не прочитана. А ведь к последней задаче, собственно, и сводятся все усилия цензурного ведомства, не так ли? Именно так.

Смотрите и учитесь. В «Центрполиграфе» взяли латинское значение слова «редактор» и добавили к нему своего беса, превратив «приведенный в порядок» в беспорядок. Решение простое, но на грани гениальности: зачем вырезать из текста слова или же писать длинные, скучные аннотации, когда можно локтем, по-московски, подвинуть автора и впиндюрить ему свои комментарии прямо промеж абзацев.

А? Каково?

Автор, дурак, старался, корпел ночами над смыслами, складывал слова в предложения, а центрополиграфский Полиграф Полиграфович берет ножичек и нарезает текст крупными ломтями. Неча тут, умник, расписался. Ты меня послушай, я тебе скажу: ну и дураки же вы все там. Конгресс, немцы — голова пухнет. Ты про паровоз братьев Запашных слыхал? Я придумал.

Смотрите на скрины, любезно предоставленные мною. Это страницы из центрополиграфовских «Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией» почтенного английского адмирала Джорджа Александра Балларда и «Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939—1945» Роберта Айкса, о котором я узнал лишь то, что его жену зовут Гертруда (и достаточно).

Замечу сразу, что я не выбирал специально наиболее загаженных страниц, а просто пробежался по тексту. Чтобы количество «правок» было лучше заметно, я выделил их красным цветом, но вы держите в уме, что читателю пришлось бы постоянно переключаться между авторским и редакторским текстом. Потому что Полиграф Полиграфович — не дурак и курсива в руки брать не будет, ага. Чтоб вы сразу его комментарии пропускали? Хрен вам, читайте!

Немаловажным, хотя отнюдь и не решающим фактором является то, что центрполиграфовская «редактура» написана хамским, ла-пидарным стилем. На самом деле, будь она даже много лучше, это не многое бы изменило — и в этом, как я уже сказал, заключается гениальность концепции владельца и основателя «Центрполиграф» г-на (гондона? — Ред.) Д. Е. Шипетина.

Товарищ майор — берите на вооружение.
( + 5 )

Еще один повод поговорить о том, как не хватает нам всем Пригожина.

Ну, хорошо — может быть, не всем, но российской вертикали власти он бы точно пригодился. У создателя острых блюд и военного биореактора «Вагнер» имелось огромное преимущество, до поры до времени позволявшее ему на две головы превосходить любого российского бонзу. Преимущество это заключалось в том, что Пригожин оказался «способным человеком со стороны», однако для путинской элиты он был буквально никем — уркой со смешной погремухой «Жаконя» и трудовой биографией «обслуги».

То есть ни тебе госбезопасности, ни советской «дворянской» фамилии (чтоб со сталинских времен и по линии военного производства, тяжелой промышленности, добычи нефти, газа — ну или хотя бы из дипломатов), ни дружбы юности с Владимиром Владимировичем. Как есть — подай-принеси-хуй-пососи. Чего-то готовил, содержал какие-то ботофермы, занимался кое-как «бизнесом» (весь этот квадрососисон вызывал у них разве что сочувственную улыбку).

Понятное дело, что тот же Шойгу (отец — секретарь обкома, первый заместитель председателя Совета министров Тувинской АССР) смотрел на Пригожина как на царева дурака. Скачет какое-то чмо, Владимиру Владимировичу весело — ну и ладно. Сергей Кужугетович парит на другом астральном плане — он министр обороны, будущий маршал Победы и вот-вот уже Преемник. И когда Пригожину вдруг доверили помогать в Донбассе убогим местным «ополченцам», то всесильный Шойгу воспринял это с «некоторым скепсисом».

И ладно, если бы у Пригожина не получалось — у него, блядь, получалось! Вот что делало его совсем невыносимым, абсолютно бесперспективным в рамках российской элиты. Если б он был как условный Чубайс и прочие руководители нацпроектов, то это было полбеды. Ай, это вообще не было бы бедой. Но эффективность — такого прощать Пригожину было нельзя, и ему не прощали. Кадровые «сапоги» только что сами по вагнеровцам не стреляли, но подставляли их — регулярно, и тот знаменитый сирийский эпизод был лишь наиболее заметной частью общей картины.

Трагедия Пригожина в том, что российская вертикаль власти не была готова к фаворитизму хотя бы уровня Испании XVII века. Фаворит — не тот, что в кино про распутных королев, а настоящий, ферзем носившийся среди неповоротливых бюрократических пешек и враждебно настроенных друг к другу ведомственных слонов, — в Российской Федерации требовался, но совершенно ею же и отторгался. Может быть, дело тут в личных качествах Владимира Владимировича, а может, в чем-то объективном, но даже откровенно жалкий Медведев не сумел удержаться в этой роли.

Тем более шансов выйти в фавориты не было у Пригожина. Его полет затянулся благодаря начавшейся в 2022 году войне и тому обороту, который она приняла. При других обстоятельствах Владимир Владимирович никогда бы не доверил одной из своих «заточек» такой власти, но что было поделать, если министр обороны только мычал и телился? А Пригожин — давал результат, стачивая украинское контрнаступление своими уголовниками. Он явно вошел во вкус, да и мясорубка Бахмута отвечала, видимо, его садистским, если не вовсе некрофильским наклонностям.

Так Путину пришлось пойти на создание «частной армии» с артиллерией и чуть ли ни авиацией. Контроль с самого начала был слабым, потому что курировать вооруженных психопатов — это не раскручивать чат подростков. Сам Пригожин, будучи одним из немногих «свежих людей» в затхлых властных коридорах, воспринял путинский карт-бланш с подлинным энтузиазмом и вполне мог полагать, что это не он, «Жаконя», один давит на Шойгу и Герасимова, — но вместе с президентом.

Меж тем Путин уже думал, как лучше подрезать крылья своему «птенцу». Вагнеров «нового типа» с самого начала использовали на убой, а потом еще и прямо стали мешать. Этого Пригожин перенести не мог, ведь он привык быть успешным во всем. Когда же понял, что палки в колеса ему ставят не втайне от Верховного, а с его ведома, то разочарование было велико. Настолько, что незадолго до знаменитого броска на Ростов и далее Пригожин наговорил про СВО немало дельных вещей.

Он был обречен, но, скажем прямо, это было неизбежно.

- потому что... идите по ссылке, вот почему. 

Со всяким мужчиной чуть за сорок (практически в тридцать девять, а то и моложавее) случается порой внезапное ночное пробуждение. Обыватели в таких случаях идут в туалет, горько размышляя о том, что молодость прошла в написании язвительных комментариев к объявлениям «отдам даром». Некоторые еще и обнаруживают себя посреди какой-нибудь Калуги, отчего жизнь становится совсем невыносимой.

Но есть и такие, кто принимают вызов. Такие, кто говорят: «Да!» Говорят: «А, конечно — я смогу!» И засыпая с этой мыслью, они уже знают, что будут делать завтра. А делать они будут вот что: садиться на велосипед без мотора и ехать туда, где боится летать робкая цапля, где гордо блеет умный баран, где суровые мужчины носят шляпу с пером, одну на всех. Ехать в горы.

Поехал и я, но сперва, братцы (как вы уже догадались, вступление блестяще отсеяло всех женщин нашего канала), надо дать небольшую историко-географическую справку. Смотрите, а лучше записывайте: я живу в Баварии, которая южная и католическая, но в Оберпфальце, который, будучи протестантским, был захвачен баварскими войсками в ходе Тридцатилетней войны.

Именно поэтому тут есть Тиллиштрассе и муралы с пфальцским принцем Рупрехтом (тем самым английским Руппертом, что с белым пуделем и  английскими кавалерами). Вниз, на Мюнхен — католики, вверх на Нюрнберг — протестанты, а мы — между. Справа еще и чехи, отделяемые от нашего Поппенройта ихним Задним Проходным (кто подумал, что это лоу-левел шутка, тот сильно ошибся).

Региональное разнообразие, вы понимаете. 

И вот, я ездил себе на велосипеде туда и сюда, то вдоль старого королевского канала, к лютеранам, то на юг, через Тирольсберг, к честным католикам, а потом забрался на Дильберг (это и гора, и деревня), посмотрел вниз и понял, что между двух федеральных трасс лежит треугольник из гор, лесов и небольших гемайнде (коммун). Практически местная Швейцария — а Швейцарию я очень люблю. 

Оказалось еще, что это уже не пфальцская земля-кормилица, а франконская, только неизвестно какая, потому как их три. И вообще, откуда она тут, подумалось мне, если севернее все еще Оберпфальц? Что за сепаратизм, что за франконский анклав, с административным подчинением Нюрнбергу? Все это надо было проверить лично, потому как в одной «инородной республике Донбасса» я уже жил, спасибо.

Оглядев еще раз родной Ноймаркт-ин-дер-Оберпфальц, я смахнул набежавшую слезу, сел на горный (эти важно) велосипед — и поехал. Здесь читатель наверняка захочет получить каких-нибудь высокохудожественных подробностей, так вот же: светило солнце, пели горлицы, мне улыбались пригожие молодки, а дети бежали за велосипедом, крича: «Вот едет наш герой, отважный велооткрыватель!» 

Да, это ехал я. 

Теперь посмотрите на фото и любезно подготовленную мною карте с подробными пометками.

Прдлж слдт.

В булгаковском «Беге» и его советской экранизации 1970 года есть сценка, когда Роман Хлудов, прообразом которого был генерал Я. И. Слащев, устраивает разнос железнодорожникам и министру-спекулянту Корзухину. Недовольный задержкой, Хлудов обвиняет начальника станции в симпатиях к большевизму:

Начальник станции (говорит вздор). Ваше высокопревосходительство, за что же такое подозрение? У меня детишки… еще при государе императоре Николае Александровиче… Оля и Павлик, детки… тридцать часов не спал, верьте богу! И лично председателю Государственной думы Михаилу Владимировичу Родзянко известен. Но я ему, Родзянке, не сочувствую… у меня дети…

Хлудов. Искренний человек, а? Нет! Нужна любовь, а без любви ничего не сделаешь на войне! (Укоризненно, Тихому) Меня не любят. (Сухо.) Дать сапер. Толкать, сортировать! Пятнадцать минут времени, чтобы «Офицер» прошел за выходной семафор! Если в течение этого времени приказание не будет исполнено, коменданта арестовать. А начальника станции повесить на семафоре, осветив под ним надпись: «Саботаж».

Затем появляется министр:

Корзухин (волнуясь). Второй касается непосредственно моего министерства. Здесь, на станции, застряли грузы особо важного назначения. Испрашиваю разрешения и содействия вашего превосходительства к тому, чтобы их срочно протолкнуть в Севастополь.

Хлудов (мягко). А какой именно груз?

Корзухин. Экспортный пушной товар, предназначенный за границу.

Хлудов (улыбнувшись). Ах, пушной экспортный! А в каких составах груз?

Корзухин (подает бумагу). Прошу вас.

Хлудов. Есаул Голован! Составы, указанные здесь, выгнать в тупик, в керосин и зажечь!

История характерная. Булгаков, к 1928 году прочитавший о Слащеве много белой мемуаристики, наверняка испытывал к нему сложные чувства. С одной стороны, бывший «белый герой» оказался банальным предателем-перебежчиком, пьяные загулы которого в Союзе не были большим секретом.

С другой, Михаил Афанасьевич фактически прошел тот же путь, в 1919 году занимаясь написанием антибольшевистских статей, а после крушения деникинских ВСЮР «сменив ориентацию». То бишь мимикрировав под литературного попутчика соввласти, которую презирал.

Поэтому Хлудов получился персонажем противоречивым. Это герой порядка мильтоновского Сатаны или даже шекспировского Гамлета: фигура много сложнее, чем кокаинист-неврастеник Слащев — лично храбрый, но и только. А вот барона Врангеля Булгаков ни в каком виде дать не мог, ограничившись несколько комической фигурой «Главнокомандующего». В какой-то момент Хлудов просто-напросто выгоняет его с фронта — ситуация, которая с настоящим бароном Врангелем была бы абсолютно невозможной.

Интересно, однако, что открывающая пьесу сценка с «экспортным пушным товаром» очень напоминает реальный эпизод, случившийся в 1919 году. Столкнувшись с нарушением графика отправления эвакуационных поездов с ранеными и гражданскими из Царицына, Врангель с казачьим конвоем прибыл на станцию и лично прошелся по составам, обнаружив в вагонах частные вещи и различные товары. Сопровождающие грузы признались, что дали взятку железнодорожному начальству — откуда взялись рояли и трюмо тоже было понятно.

Что сделал барон? Он приказал казакам мебель выбросить и сжечь, а железнодорожников отправил под трибунал. Вечером того же дня начальник станции и оба его помощника были повешены — двое на станции, один на городской площади. Врангель — а это был единственный из крупных военачальников у белых, кто реально боролся с мародерством на фронте и грабежами в тылу, — приказал широко оповестить об этой истории.

Листовки расклеили, газеты распространили, эвакуация пошла по плану.

Слышал ли об этом эпизоде Булгаков? События происходили, как раз в то время, когда он из Киева перебрался на Кавказ служить военным врачом в казачьем полку. О Врангеле тогда говорили очень много (в том числе и благодаря усилиям самого барона, фрондировавшего против Деникина), противопоставляя его решительность в наведении порядка вялости «тишайшего» Антона Ивановича.

Выходит, Булгаков тихой сапой прославил Черного барона? Очень может быть.

Я ОПЯТЬ НЕМНОЖКО ПРОЕБАЛСЯ И ЗАБЫЛ (ЗАБИЛ) ДОБАВЛЯТЬ СЮДА ПОСТЫ. 

ЗАСИРАНИЕ ВАШЕЙ ЛЕНТЫ НАЧНЕТСЯ ЧЕРЕЗ 5 РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКИХ МИНУТ.